Решение на усмотрение суда

Понятие «усмотрение суда»

Решение на усмотрение суда

Фёдорова, И. В. Понятие «усмотрение суда» / И. В. Фёдорова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 14 (252). — С. 201-203. — URL: https://moluch.ru/archive/252/57795/ (дата обращения: 17.12.2020).



В статье представлены и проанализированы различные подходы к определению понятия «усмотрение суда» в юридической науке. Автор анализирует это понятие с точки зрения теории права и правоприменительной практики, основанной на процессуальном законодательстве Российской Федерации. Формулируется понятие «усмотрение суда».

Ключевые слова: суд, усмотрение, усмотрение суда, судебное усмотрение, законность, справедливость.

В отечественной юридической науке в целом на данный момент не сложилось единого подхода к определению усмотрения суда, хотя данному вопросу уделяется большое внимание. Так, М. К.

Треушников отмечает, что в Российской Федерации проблема судебного усмотрения не имеет четкого и полного разрешения на уровне доктрины, официальных государственных концепций, стратегических юридических разработок и правоприменительной судебной практики [1].

В Словаре русского языка С. И. Ожегова понятие «усмотрение» рассматривается в нескольких значениях «решение, заключение, мнение», «усмотреть» означает «установить, обнаружить, признать» [7].

По Толковому словарю В. И. Даля «усмотрение» трактуется как «убедиться в чем умственно; что-либо увидеть, узреть очами, открыть и распознать, заметить» [4].

Согласно Словарю русского языка под редакцией А. П. Евгеньевой «усмотрение» рассматривается как «заключение, мнение, решение» [10].

Анализируя выше перечисленные дефиниции, можно сказать следующее: усмотрение — это умственная деятельность субъекта, позволяющая прийти к определённым выводам.

На основании вышеизложенного и учитывая тот факт, что судебное усмотрение предполагает принадлежность его к суду, то есть субъектом его осуществления является суд, следовательно, понятие «усмотрение суда» есть умственная деятельность и видение судом конкретных обстоятельств и конкретного дела.

Представляется, что в рамках романо-германкой правовой семьи целесообразнее говорить «судебное усмотрение», поскольку, даже единолично осуществляя правосудие и разрешая конкретное дело, судья действует не от своего имени, а от имени государства.

Следовательно, понятия «усмотрение суда» и «судебное усмотрение» можно расценивать как тождественные.

Ученые-правоведы определяют усмотрение суда как понятие, включающее в себя выбор из нескольких альтернатив, свободу суда, усмотрительную власть, полномочие суда, правоприменительную деятельность.

Так, М. Н.

Толчеев указывает на то что «в обычном понимании усмотрения не существует, ибо суд не обладает никакой свободой выбора, а должен принять единственно правильное решение» [12] Данное суждение я считаю верным, поскольку даже при судебном усмотрении суд может и обязан вынести только одно решение — законное и обоснованное, соответствующее принципам, закрепленным в статье 195 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации и статье 6 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Особенностью усмотрения суда и является выбор одного из двух и более законных вариантов правовых, юридически значимых решений. В случае если хотя бы один вариант незаконен, то нет никакого судебного усмотрения, потому что нет никакого выбора, судья обязан вынести только законное решение.

По мнению Д. М. Чечота, «понятие усмотрения предполагает, что соответствующий орган или должностное лицо действует по своей воле, не связанной при принятии решения какой-либо нормой».

В пределах предоставленных ему полномочий орган государства «свободен в выборе соответствующего решения» [13].

Вряд ли можно в полной мере согласиться с такой постановкой вопроса, здесь правильно лишь то, что понятия «свобода» и «усмотрение» тесно связаны между собой.

С точки зрения К. И.

Комиссарова судебное усмотрение представляет собой «предоставленное суду правомочие принимать, сообразуясь с конкретными условиями, такое решение по вопросам права, возможность которого вытекает из общих и относительно определенных указаний закона» [6]. Соответственно, в случае отсутствия определенного указания закона следует найти из иных (альтернативных) законных решений, то которое точнее отвечает замыслу законодателя.

Так, Д. Б.

Абушенко применив «философско-правовое осмысление» раскрыл «природу судебного усмотрения», правда, без определения данного понятия через существенные признаки [1] Этот же автор допускает оперирование термином «судебный произвол» («совершаемое судом процессуальное действие, которое, находясь в формальных рамках закона, по сути вступает в противоречие с его смыслом»). В последующей своей публикации Д. Б. Абушенко указывает на истоки своего исследования «опубликованная в России книга Председателя Верховного Суда Израиля Аарона Барака «Судейское усмотрение» [2].

Так, по мнению А. Барака судейское усмотрение трактуется как «полномочие, данное лицу, которое обладает властью выбирать между двумя или более альтернативами, когда каждая из альтернатив законна» [3].

Следовательно, в любом случае, при рассмотрении дела суд может выбрать одно из нескольких возможных, на его взгляд, наиболее правильное решение и при этом закон не будет нарушен, в этом и проявляется судебное усмотрение.

Судебное усмотрение — это предусмотренное нормами права правомочие суда по выбору вариантов наиболее целесообразного разрешения конкретного дела, исходя из нескольких законных альтернатив [5].

Следует отметить, что судебное усмотрение не должно противоречить нормам материального права, судья должен точно и безошибочно произвести выбор нормы, подлежащей применению.

По моему мнению, наиболее точное определение привела О. А. Папкова, по мнению которой, «судейским усмотрением является предусмотренная юридическими нормами, осуществляемая в процессуальной форме мотивированная деятельность суда, состоящая в выборе варианта решения правового вопроса, имеющая общие и специальные пределы» [8].

Применение усмотрения, по мнению О. А.

Папковой, является не только правом, но и обязанностью суда, так как возможность осуществления дискреции (discretio) закреплена юридической нормой, а процессуальные права суда являются вместе с тем и его обязанностями; «суд не только вправе совершать определенные действия при наличии указанных в законе условий, но и обязан к этому» [9].

Подводя итог вышесказанному, и определяя понятие «усмотрение суда», можно сделать следующие выводы. Во-первых, применение судебного усмотрения является как правом, так и обязанностью суда. Во-вторых, усмотрение суда должно быть законным и справедливым. В-третьих, усмотрение суда должно быть основано на исследовании всех обстоятельств дела.

Полагаем также, что судебное усмотрение выступает в качестве инструмента помогающего заполнить пробелы в законах регулирующих общественные отношения.

В наше время общество и общественные отношения стремительно развиваются, правотворческая деятельность не всегда успевает изменять нормативно-правовые акты, регулирующие ту или иную сферу отношений.

Таким образом, считаю необходимым уделить особое внимание такому понятию как «судебное усмотрение».

Литература:

  1. Треушников М. К. Арбитражный процесс: учеб. для вузов. — М.: Городец, 2012.
  2. Абушенко Д. Б. Судебное усмотрение в гражданском процессе: Автореферат дисс…. канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1998. С. 5.
  3. Абушенко Д. Б. Судебное усмотрение в гражданском и арбитражном процессе. М.: НОРМА, 2002. С. 1.
  4. Барак А. Судейское усмотрение. М., 1999. С. 13.
  5. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка В 4. т. Т.4. М., 1980. С.513.
  6. Ермакова К. П. Понятие и субъективные пределы судебного усмотрения. «Журнал российского права», 2009, № 8
  7. Комиссаров К. И. Задачи судебного надзора в сфере гражданского судопроизводства. Свердловск, 1971. С. 26.
  8. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1972. С. 771.
  9. Папкова О. А. Усмотрение суда. М.: Статут, 2005. С. 39.
  10. Папкова О. А. Указ. соч. С. 383.
  11. Словарь русского языка: В 4. т. Т. 4. С-Я/ А. П. Евгеньева [и др.]. М., 1999. С. 520.
  12. Толчеев М. Н. Судейское усмотрение // ЭЖ-Юрист. 2004. № 20. С. 5.
  13. Чечот Д. М. Административная юстиция (теоретические проблемы). — Л.: Нева, 1973. — С. 68.

Основные термины(генерируются автоматически): судебное усмотрение, усмотрение суда, Российская Федерация, суд, мнение, обязанность суда, правильное решение, решение, русский язык, судейское усмотрение.

Источник: https://moluch.ru/archive/252/57795/

ВС: в России все чаще будет применяться

Решение на усмотрение суда

Контекст

Заседание Клуба имени Замятнина. Фотолента

Является принцип судейского усмотрения злом или благом, как трудности правового языка влияют на работу судей, почему законодатель не учитывает нюансы жизни простого обывателя и почему судьи должны выносить внятные решения, обсудили участники клуба имени Замятнина.

Неповоротливость законодателя

«Судейское усмотрение» — это дискреционные полномочия суда, позволяющие принять решения не на основе неких инструктивных указаний, а в законодательно закрепленных рамках возможного, пояснил глава Совета судей РФ Виктор Момотов.

https://www.youtube.com/watch?v=DJucDkYopY4

По его мнению, проблема судейского усмотрения универсальна, и она есть во всех правовых системах.

«Право не должно и не может быть казуистичным: законодатель не успевает уловить все общественные изменения и оперативно реагировать на них, принимая новое правовое регулирование.

Чем богаче общественная жизнь, чем свободнее человеческая инициатива, чем многообразнее конфликты, тем больше будет судейского усмотрения, так как никаких законов не хватит, чтобы охватить всё разнообразие жизненных ситуаций», — отмечает председатель Совета судей.

Момотов акцентировал внимание на неизбежности правовых пробелов, не урегулированных правом лакуны общественных отношений.

«Восполнение этих пробелов возможно только путем аналогии закона, то есть применения правовых норм, регулирующих сходные отношения, либо аналогии права, то есть разрешения спора на основе общеправовых принципов и смысла законодательства. Аналогия закона и аналогия права основаны на широком судейском усмотрении», — разъясняет Момотов.

Он добавил, что несмотря на мнение обывателей, которым кажется, что судья идёт по проторенной дороге, на самом деле перед судьей возникает необходимость искать новые пути.

«Законодательство никогда не будет поспевать за реальной жизнью общества», — считает глава Совета судей.

Несовершенство правового языка

«Неизбежность судейского усмотрения в толковании и применении правовых норм обусловлена неопределенностью и неоднозначностью языка, используемого при формулировании этих норм.

Язык может порождать разные образы и ассоциации; одни и те же термины и лингвистические обороты могут восприниматься по-разному.

Язык права несовершенен, он часто бывает неопределенным, в нем есть потаенный смысл, замысел законодателя, социальная ценность и соответствующая цель», — напоминает Момотов.

Он считает необходимым помнить и об юридико-техническом несовершенстве законодательства: идеальных правовых актов нет и не может существовать.

«Конечно, юриспруденция стремится к унификации используемой терминологии, но в условиях ее постоянного расширения и динамичного развития общества полная унификация всего «юридического языка» недостижима. Поэтому толкование права, как и толкование любого текста, предполагает существенную роль усмотрения», — поясняет Момотов.

Конкуренция норм

На его взгляд очевидно, что норма Шарля Луи Монтескье о судах, которые «должны быть всего лишь устами, произносящими букву заранее предустановленного законодателем закона, механически и беспристрастно применять его», морально устарела.

«Судейское усмотрение — это признак развитого правопорядка и необходимый институт, позволяющий применять абстрактные правовые предписания к конкретным жизненным ситуациям. Оно связано с возможностью выбора в условиях альтернативы: судья правомочен избрать одно из нескольких вариантов решений, предусмотренных законом», — отмечает председатель Совета судей.

Он согласен с фактом того, что волеизъявление правоприменителя детерминированно волей законодателя и его воля связана предписаниями нормы права.

«При этом закон в широком смысле этого слова рождается прежде всего через судейское усмотрения, поскольку только в правопримененительной практике закон «оживает» и начинает непосредственно влиять на общественную жизнь», — подчеркивает Момотов.

https://www.youtube.com/watch?v=DJucDkYopY4

По его мнению, только через судейское усмотрение может быть разрешен вопрос о конкуренции правовых норм: возможность применить к одним и тем же фактическим обстоятельствам дела несколько правовых норм с разным содержанием.

Развитая мускулатура

Судья принимает решение руководствуясь не только объективными факторами, напоминает глава Совета судей.

Существует целый ряд субъективных факторов судейского усмотрения, к числу которых относятся прежде всего мировоззрение судьи, его морально-нравственные и этические установки, сказал он.

«В сложных делах судейское усмотрение — это итог опыта и мировоззрения судьи. Судья не существует в «безвоздушном пространстве» — он живет в обществе, впитывая ценности своей эпохи, на основе которых формируется личность и взгляды каждого судьи.

Огромное влияние на этот процесс оказывает система высшего юридического образования, в которой происходит становление будущего судьи как профессионала.

Именно в юридическом вузе студент не только получает необходимые правовые знания, но и приобщается к базовым ценностям правового государства — верховенству закона, судейской независимости, приоритетной защите прав и свобод человека» , — подчеркнул Момотов.

Он считает, что настоящий судья — это личность, для которой нетерпимы шаблоны, стереотипы, формальное отношение к делу.

«В работе судьи всегда преобладает интеллектуальный труд, требующий постоянного поиска новых форм и методов с учетом меняющихся условий. В судейскую мантию не должны быть облачены люди с парализованной волей и атрофированной интеллектуальной мускулатурой — это должны быть люди творческие и волевые.

И в каждом судье имеются следы его прошлого опыта, воспитания, мировоззрения, полученного в вузе. Это прошлое, насыщенное эмоциями, постоянно влияет на нашу манеру ощущать настоящее и видеть спорный юридический конфликт, отражаясь в судейском усмотрении», — подчеркивает глава Совета судей.

На его взгляд, поэтому очень важно  развивать систему юридического образования, расширяя не только практическую, но и теоретическую подготовку студентов, которая имеет определяющее значение для работы будущих судей.

«Судейское усмотрение находится в прямой зависимости от интеллектуального «бэк-граунда» судьи, и задача государства – укреплять фундаментально-теоретическую основу судебной деятельности», — указал Момотов.

Зло или благо

«Рассматривая проблему судейского усмотрения через призму «блага» или «зла», «возможности» и «необходимости», нужно обратить внимание на то, что делая соответствующие выводы, мы презюмируем добросовестность судьи.

И тогда судейское усмотрение – это благо, дающее возможность определиться с тонкими гранями справедливости и законности.

Это одновременно и возможность, и необходимость в условиях конкуренции норм права, неопределенности языка права и несовершенства законодательства», — полагает Момотов.

Он напомнил, что в ситуациях, когда судейское усмотрение становится злом и выходит за рамки закона, единственный возможный и допустимый способ борьбы — это обжалование судебного акта в предусмотренном законом порядке.

«С созданием в России кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции появляются новые возможности для обжалования судебных постановлений, а введение принципа «сплошной кассации»  позволит наиболее тщательно проверять соблюдение пределов судейского усмотрения», — считает глава Совета судей.

Он подчеркнул, что расширение сферы судейского усмотрения — это свойство развитых правопорядков.

«Российская Федерация также движется по этому пути. При этом эффективность использования судейского усмотрения находится в прямой зависимости от качества проработки нормативно-правовых актов и уровня юридического образования. Уверен, что наше взаимопонимание по этому вопросу позволит создать необходимые условия для дальнейшего развития в России судейского усмотрения», — отмечает Момотов.

Понятно для адвоката

Адвокатское сообщество не настроено против судейского усмотрения, но требует, чтобы это усмотрение было понятно и защите, и клиенту, отмечает советник адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнёры» Елена Авакян.

«Адвокату в процессе нужна предсказуемость, он должен понимать, в какую сторону повернётся производство. Поэтому судейское усмотрение должно быть понятно защите и быть основано на определенных принципах. В России судейское усмотрение слишком широко и гибко. Оно бывает очень разным в зависимости от условий», — считает Авакян.

Она подчеркивает, что когда все стороны достигли консенсуса в вопросах справедливости, морали и нравственности, то вопросов и не возникает.

«Однако очень часто это не так. Тенденция к жёсткой вертикали отучает нижестоящие суды думать, они притягивают позицию вышестоящих инстанций, лишь бы им решение не отменили…

Для адвокатов принцип судейского усмотрения тоже очень важен: главное, чтобы мы имели диалог с судом и были равными с другими участниками процесса. Тогда у нас и клиентов будет полное доверие к решению суда.

А справедливое решение суда и есть общая задача для всех нас», — резюмировала Авакян.

Источник: http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20190606/300114416.html

Что означает оставить решение на усмотрение суда

Решение на усмотрение суда

Усмотрение в правовой науке нашей страны очень часто рассматривается как определение границ возможного выбора правоприменителем, что, в свою очередь, увеличивает интерес ученых к данному вопросу.

Однако, несмотря на необходимость изучения данного вопроса, о которой не раз ранее заявлялось, фактически применительно к уголовному процессу данные исследования не производились до настоящего времени.

В связи с изложенным и учитывая высокую значимость изучения вопросов дискреции для уголовного процесса, необходимость изучения данного вопроса весьма велика. На протяжении всей истории развития отечественной правовой мысли осуществлялись попытки, в том числе маститых ученых-правоведов, выявить суть усмотрения, его роль в праве и определить границы возможного усмотрения.

При этом более осмысленные попытки понимания усмотрения и его границ делались с 60-х годов прошлого века. Так, А.А. Жданов указывал, что границами правового усмотрения является закон.

При этом о проведенном исследовании следует говорить условно, поскольку работа имеет очень большую идеологическую составляющую, по сути, проведенный анализ основывается на том, что подобные рамки слишком широки, и принимаемые «буржуазными» должностными лицами и органами власти решения являются не чем иным как произволом и волюнтаризмом.

При этом в качестве положительного момента работы нельзя не отметить, что автором затронут один из важнейших аспектов усмотрения – возможность последующей проверки принятых на основании усмотрения решений. К.И.

Комиссаров в посвященном затрагиваемому вопросу исследовании специально не выделил ограничения возможного судебного усмотрения, но, исходя из предложенного им определения и проведенного исследования, можно сделать вывод, что к пределам усмотрения он отнес не только закон, но и конкретные обстоятельства дела. В работе Д.М.

Чечота под пределами усмотрения понимаются границы полномочий должностного лица или органа государственной власти. Это следует из предложенного им тезиса о том, что административный орган в своем усмотрении не безграничен и может действовать на основании дискреции только тогда, когда это предусмотрено законом. Небезынтересным, на наш взгляд, является и утверждение о том, что в пределах предоставленных полномочий орган государственной власти свободен в выборе соответствующего данным полномочиям решения.

Также в своей работе Д.М. Чечот развил проблематику контроля, в том числе и судебного, за решениями органа исполнительной власти, принятыми с учетом дискреции. В работе М.С. Студеникиной, касающейся рассматриваемого вопроса, имеется мнение общего характера, согласно которому необходимо предпринимать меры по ограничению усмотрения там, где оно излишне широко. По мнению А.Т.

Боннер, орган государственной власти или должностное лицо, принимая решение по собственному усмотрению, исходит, в первую очередь, из общих указаний закона и цели, которую законодатель преследует. Данные требования проецируются на конкретные обстоятельства дела. При этом правоприменитель руководствуется общими принципами права, законами общественного развития. А.Т.

Боннер указывает, что равное по степени влияние оказывают экономические законы, нормы морали и нравственности, а также имеющийся у субъекта усмотрения собственный опыт. Весьма интересен вывод автора, что решения, принимаемые уполномоченным лицом по усмотрению, подконтрольны лицам, участвующим в деле, а также вышестоящим судебным инстанциям. А.П.

Коренев в своей работе, посвященной усмотрению в административном производстве, выделил требования, соблюдение которых необходимо: 1) ограничение свободы выбора рамками закона; 2) применение усмотрения исключительно в интересах общества; 3) преследование цели, которая законодателем поставлена как результат усмотрения; 4) указание мотивов, на основании которых правоприменитель воспользовался усмотрением. В.Н. Дубовицкий считает рамки закона, границы полномочий органов власти, форму, порядок принятия акта, цели закона, а также интересы государства и граждан пределами усмотрения. При этом автором отражена, на наш взгляд, позитивная тенденция к учету внеправовых ограничений, которые влияют на пределы применения дискреционных полномочий и принимаемые решения. Также автор выразил позицию, согласно которой укреплению законности в правоприменительной деятельности на основе усмотрения будет способствовать расширение судебного надзора. Данный вывод, на наш взгляд, как нельзя лучше подчеркивает, что в правовом государстве усмотрения не может не быть, но сильная роль суда не дает усмотрению перейти в произвол. В.Г. Антропов вводит в своей работе понятие принципов правоприменительного усмотрения, которые одновременно являются и своего рода ограничениями дискреционных полномочий субъекта правоприменения. Значительный интерес представляет тезис автора о том, что любая правоприменительная ситуация усмотрительна, она явно или имплицитно предоставляет правоприменителю возможность выбора, при этом регулирование правоприменительного усмотрения правом принципиально невозможно.

Приведенные позиции правоведов позволяют сделать вывод, что в советское время (и первые годы становления современной государственности) проблематике пределов усмотрения, как в правоприменении вообще, так и в уголовном процессе в частности, уделялось значительное внимание.

Вместе с тем полностью данный вопрос изучен не был, и всеобъемлющего понимания вопросов пределов, границ усмотрения в правовой науке получено не было. В дальнейшем пути исследования данного вопроса развивались по указанным направлениям. Так, О.А.

Папкова в качестве пределов судейского усмотрения выделяет пять ограничительных факторов: 1) предписания закона; 2) конкретные обстоятельства дела; 3) правила толкования норм права; 4) начала целесообразности; 5) категория справедливости. Д.Б.

Абушенко, отдельно не выделяя границы усмотрения, de facto ставит вопрос о правовых ограничениях, к которым он относит конкретные конструкции нормативных актов, которые так или иначе сужают выбор правоприменителя из формально предоставленных. В качестве ограничения автор указывает мотивы лица при осуществлении дискреции. А.

Барак, работа которого, по нашему мнению, сыграла значительную роль в отечественных исследованиях этого направления, указывал, что существуют ограничения, связывающие судью в отношении процедурных ограничений, т. е. выбора между возможностями, и в отношении материальных ограничений, т. е. доводов, которые он (судья) принимает при выборе.

Если раскрывать данный вопрос более подробно, то исследователь указывает, что к процедурным ограничениям относятся беспристрастность судьи, соблюдение судейской этики и мотивировка принимаемого решения по конкретному делу.

К материальным ограничениям относятся общие правила толкования и восполнения пробелов в нормативных актах, структура системы нормативно-правовых актов, ее развитие, принципы судебной системы и межинституциональные принципы, в которых выражается взаимодействие между законодательной, исполнительной и судебной ветвями власти. Кроме того, А.

Барак в своей работе, хотя прямо это нигде и не указано, но прослеживается по тексту, стоит на позиции, в соответствии с которой законность усмотрения есть его неотъемлемое свойство. Без законности усмотрение перестанет быть таковым, станет произволом.

Существует большое количество иных работ, в которых проблемы усмотрения правоприменителя так или иначе затрагиваются , однако уже из приведенных позиций отечественных теоретиков следует, что в качестве ограничителей усмотрения правоприменителя в большинстве случаев называют: рамки закона и законодательные конструкции, конкретные обстоятельства дела, границы полномочий правоприменителя, мотивацию должностного лица, правила толкования правовых норм, интересы государства и граждан, а также возможность последующего пересмотра решения, принятого на основании дискреции.

Все указанные границы в большей или меньшей степени имеются в усмотрении участников уголовного судопроизводства, поскольку в них проявляются принципы деятельности государственных органов власти и, как следствие, принимаемых ими решений по конкретному делу.

Так, ограниченность рамками закона проявляется в том, что уголовное преследование возможно только по факту совершения деяний, противоправность которых закреплена в Уголовном кодексе РФ. Относительно конкретных обстоятельств дела необходимо отметить, что каждое дело по-своему уникально, что свойственно любому объекту. Данное обстоятельство проявляется в единстве исполнения требований ст.

73 УПК РФ, в которой указано, что по каждому уголовному делу подлежат установлению конкретные обстоятельства совершения преступления.

Соблюдение границ правомочий и правила толкования норм права проявляется в том, что следователь, дознаватель, прокурор и иные участники процесса могут применять свои государственно-властные полномочия исключительно к участникам процесса и исключительно в той мере, которую позволяет статус участника производства.

Мотивация должностных лиц и соблюдение интересов государства и граждан проявляется в нахождении внешних рамок правоприменения, установлении баланса и, тем самым, поддержке обществом и государством действий конкретного должностного лица. Возможность пересмотра принятых на основании усмотрения решений в полном объеме реализуется в главе 16 УПК РФ, что позволяет говорить о закреплении механизма, препятствующего «разрастанию» усмотрения до произвола со стороны уполномоченного должностного лица.

Источник: https://www.Advokatorium.com/index.php/ru/articles/chto_oznachaet_ostavit_reshenie_na_usmotrenie_suda

Коллегиальное решение и усмотрение суда

Решение на усмотрение суда

7 ноября 2018 г.

О мерах дисциплинарной ответственности в виде замечания или предупреждения

Деятельность дисциплинарных органов всегда требует соблюдения необходимого баланса между защитой интересов заявителя от недобросовестного адвоката и защитой адвоката от огульных обвинений. Тенденцией последних лет стала «профессионализация» жалоб. Примерно половина обращений доверителей написана по определенному образцу, содержит значительное количество ненужной информации и требования, которые не подлежат разрешению в рамках дисциплинарного производства. Вместе с тем сложно не согласиться с мнением, что и сами адвокаты подчас не понимают сущности дисциплинарного производства и считают необходимым как можно сильнее очернить заявителя.Поэтому особое значение приобретает подготовка дисциплинарного дела для рассмотрения. Инструментарий Квалификационной комиссии невелик, но его можно использовать достаточно действенно. Например, в АП Московской области принята практика, согласно которой по каждому дисциплинарному производству адвокату направляется запрос на представление письменных объяснений, материалов адвокатского производства либо иных необходимых документов. Заявитель также получает запрос, где ему предлагается представить необходимые доказательства, конкретизировать выдвинутые обвинения и т.п.Только при условии полноты материалов дисциплинарного производства, оценке всех представленных сторонами документов можно говорить, что впоследствии при наличии в действиях адвоката нарушения избранная мера дисциплинарного воздействия будет соразмерна характеру проступка.* * *В октябре сего года в г. Пятигорске прошли курсы повышения квалификации для членов дисциплинарных органов адвокатских палат, организованные Федеральной палатой адвокатов РФ и Адвокатской палатой Ставропольского края. Отличительной чертой этого обучения для меня стала уникальная возможность проанализировать решения судов, принятые по результатам обжалования адвокатами решений советов палат о применении мер дисциплинарного воздействия в виде замечаний и предупреждений. Замечания и предупреждения являются самыми распространенными мерами дисциплинарной ответственности, применяемыми советами палат. Так, за первое полугодие 2018 г. из 114 дисциплинарных производств, рассмотренных Советом Адвокатской палаты Московской области, по которым было признано наличие в действиях адвокатов дисциплинарных проступков, в 34 случаях применялась мера дисциплинарного воздействия в виде замечания, в 37 – в виде предупреждения. При этом рассматриваемые меры обжалуются достаточно нечасто. Из представленных советами палат почти 200 обжалованных решений только 31 касалось обжалования замечаний и предупреждений. Такая ситуация вполне понятна и объясняется прежде всего общей задачей рассматриваемых мер – довести до сведения адвоката наличие несоответствия его действий требованиям законодательства об адвокатской деятельности. Кроме того, помимо самого факта наложения взыскания, других неблагоприятных последствий они не несут.

В практике работы советов палат не выработано каких-либо четких критериев применения той или иной из меры дисциплинарного воздействия. Данный подход можно рассматривать в качестве традиционного для российской адвокатуры.

Он позволяет учитывать все обстоятельства дисциплинарного дела, форму вины адвоката, степень нарушения прав заявителя, влияние проступка на авторитет адвокатуры.

Значительную помощь здесь оказывает Разъяснение Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам по вопросу применения мер дисциплинарной ответственности, утвержденное решением Совета ФПА РФ от 15 мая 2018 г.

Анализ судебных решений указывает, что замечания и предупреждения объявлялись за «двойную защиту»; принятие поручения на защиту в порядке ст. 51 УПК РФ с нарушением порядка, установленного советом палаты; грубые и очевидные ошибки адвоката при исполнении поручения доверителя; неявку в судебное заседание, нарушение порядка в судебном заседании.

Повторюсь, сказанное относится только к тем решениям советов палат, которые были обжалованы адвокатами в судебном порядке.Безусловно, спектр нарушений значительно шире. Например, адвокат, ранее покинувший службу в органах прокуратуры с правом ношения формы, неоднократно появлялся в органах государственной власти и в суде в этой форме.

Обжалуя решение совета, он указывал на наличие у него права на ношение формы, которое не ограничено какими-либо ситуациями. Суд обоснованно отклонил требования искового заявления адвоката.Хотелось бы отметить, что ситуация при всей ее комичности указывает на проблему, с которой неоднократно сталкивались дисциплинарные органы.

В частности, Квалификационной комиссией и Советом Адвокатской палаты Московской области рассматривались два схожих дисциплинарных дела, в одном из которых адвокат поместила на свою визитную карточку фотографию в форме полковника полиции и подписала ее как «адвокат, полковник полиции в отставке», а в другом деле адвокат практически аналогичным образом подписывал адвокатский запрос.

Не давая собственной оценки недопустимости подобных действий, полагаю, что затронутая ситуация требует отдельного решения Совета ФПА РФ.Несоразмерность тяжести дисциплинарного проступка и меры воздействия, как указывалось ранее, является одним из аргументов жалоб на решения советов палат.

Обращаю внимание, что суды в качестве одного из оснований для отмены решения советов указывали, что таковое не содержит обоснования причин, по которым к адвокату нельзя было применить более мягкую меру дисциплинарного воздействия – в виде замечания. При этом противоречия по данному вопросу встречаются и в судебных актах.

В частности, по одному из дел суд указал в решении, что стаж работы адвоката и отсутствие дисциплинарных взысканий не имеют правового значения для рассмотрения иска об оспаривании решения совета, которым к этому адвокату была применена мера дисциплинарного воздействия в виде замечания.

Однако буквально через четыре абзаца мотивировочной части решения суд сообщает, что при определении меры взыскания совет палаты не учел наличие у истца длительного и безукоризненного стажа работы адвокатом.

* * *Оценивая отмененные судами решения советов палат, нельзя не отметить определенной предвзятости судов, особенно ярко выраженной на примере трех отмененных решений о применении к адвокатам меры дисциплинарного воздействия в виде предупреждения. Два судебных акта были связаны с нарушением порядка исполнения требований о защите по назначению, одно – с «двойной защитой».

Представляется немаловажным, что все три нарушения были допущены адвокатами именно на стадии судебного следствия.В первом случае адвокат участвовал в порядке ст. 51 УПК РФ при рассмотрении судом ходатайства о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу.

В нарушение установленного Советом палаты порядка участия в таких уголовных делах адвокат осуществлял защиту без соответствующего поручения, что он объяснял невозможностью дозвониться до ответственного за распределение требований о выделении защитника по назначению.

Оценив все обстоятельства дисциплинарного производства, а не только процедурные вопросы, суд в своем решении указал на непредставление представителем адвокатской палаты доказательств возможности извещения ответственного за распределение требований судебно-следственных органов. При этом суд не оценивал довод о том, что установленный порядок предусматривает возможность извещения не только ответственного лица, но и вице-президента, и президента адвокатской палаты.

Отличие второго случая отмены судом решения совета палаты заключается в том, что суд не только оценивал в полном объеме доказанность и обоснованность дисциплинарных обвинений, но и указал, что само по себе нарушение установленного советом палаты графика дежурств адвокатов по исполнению требований ст. 51 УПК РФ не является нарушением, поскольку представителем адвокатской палаты не представлено доказательств вреда (курсив мой. – А.Н.), причиненного такими действиями адвоката.

Ситуация, связанная с пределами усмотрения суда при принятии решения, неоднократно подвергалась вполне справедливой критике. Вместе с тем в данном случае подтверждается тезис, что последнее, о чем заботятся судебно-следственные органы при проведении процессуальных действий, – это участие адвоката.

Какие, собственно, доказательства должен был представить представитель адвокатской палаты? Каким образом оценить и доказать вред, причиненный «карманным» защитником, если доверитель не только не обладает юридическими познаниями, но и обоснованно рассчитывает на юридическую помощь, возможность оказания которой таким адвокатом весьма сомнительна?Третья ситуация, связанная с вынесением меры дисциплинарного воздействия в виде предупреждения адвокату, допустившему нарушение Решения Совета ФПА РФ «о защитниках-дублерах», является наиболее настораживающей. Данное решение суда прошло апелляционную проверку и было оставлено без изменений. Здесь суд первой инстанции, отменяя решение совета, сослался на невозможность отказа защитника по назначению от принятой защиты и п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. Суд апелляционной инстанции расширил перечень оснований для отмены, дополнительно указав на общеобязательность любых судебных актов и законных распоряжений суда, основанную на ч. 1 ст. 6 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации». На мой взгляд, ссылка на ч. 1 ст. 6 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» при дальнейшем ее восприятии судами может нивелировать все обсуждение адвокатским сообществом действий адвоката по назначению при «двойной защите». По мнению суда, адвокат, принявший поручение в порядке ст. 51 УПК РФ, не может «встать и уйти», если заявлен отказ от его помощи и есть защитник по соглашению, не извещенный о времени и месте судебного заседания. Причиной этого является общеобязательное определение суда о назначении адвоката в порядке ст. 51 УПК РФ. Даже в ситуации, когда суд формально рассмотрел вопрос о надлежащем извещении адвоката, сославшись в своем выводе на рапорты следователя. * * *

Представленные случаи обозначают крайне негативную тенденцию, когда решение, принятое коллегиальным дисциплинарным органом адвокатской палаты (в состав которого входят и представители судейского корпуса), может быть пересмотрено единолично судьей, который к тому же откровенно игнорирует все внутрикорпоративные нормативные акты и разъяснения. В вышеуказанной ситуации адвокат не истребовал, а следователь не представил доказательств надлежащего извещения защитника по соглашению. Несколько выходя за рамки обозначенной темы статьи, полагаю, что у каждого адвоката должно быть право оценить: «Но ведь ты сам, господин, неустанно твердишь нам, что нельзя верить в то, чего не видел своими глазами, не поймал своими руками» – «не верю тебе!»[1] и действовать сообразно требованию легитимности распоряжений суда.

Таким образом, представленные судебные акты об обжаловании решений советов адвокатских палат о применении мер дисциплинарной ответственности в виде замечания или предупреждения не только указывают на относительную стабильность решений, принятых дисциплинарными органами, но и обозначают вопросы, которые необходимо разрешить адвокатскому сообществу. [1] Цит. по: Книга о судах и судьях. Легенды, сказки, басни и анекдоты разных веков и народов о спорах и тяжбах, о судах и судьях, о хитроумных расследованиях и удивительных приговорах» / Сост. М.С. Харитонова. М.: Наука-Вост лит., 2016. С. 247–248.

Источник: https://fparf.ru/polemic/opinions/kollegialnoe-reshenie-i-usmotrenie-suda/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.